Ведические истории.

Бабхру дас.

Если мой дорогой читатель путешествовал в 1510 году по Средней Индии, а, точнее, в дремучих джунглях Джариканды, он не мог не приметить удивительное место, с темной от сажи хижиной под огромным баньяновым деревом, высохшим и облезлым, вокруг которого в радиусе около пяти миль не слышны были птичьи голоса, и зверь лесной не пробегал.

На то были свои причины. В этой хижине жил охотник Бха, потомок знаменитого Мригари, Врага Зверей.

В то злополучное утро Бха встал как обычно, с рассветом. Вышел на полянку перед хижиной, почесал черную бороду и зачерпнул из кадки воды, побрызгал в лицо, отпил. Вода была хороша, ее привозили разбойники из Дравиды. Разбойники сказали, что эта вода может храниться месяцами, правду сказали. Бха резко улыбнулся, вспомнив за какую плату он получал воду, и, войдя обратно в дом, стал приготавливаться.

Вот уже несколько дней он не мог поймать тигра. Это не было необычным, тигра вообще сложно поймать. Но единственное, чего не мог понять Бха, так это то, почему на пути этого необычного тигра ему не встречаются обглоданные кости, которые, с логикой он еще дружил, должны были лежать там и сям - тигр тоже человек, есть хочет. Бха задумался, все еще держа палочку нима, которой чистил свои блестящие зубы.

Ну ничего, посмотрим. Бха бодро вскочил, выскочил из хижины, ловко подхватил с ветки свой лук и углубился в чащу.

***

Путь был долог. То и дело ему приходилось вынимать топорик и прорубать дорогу, еще вчера свободную, но сегодня уже переплетеную лианами и раскинувшимися листьями. Солнце палило нещадно, вокруг не было ни души. Вдруг Бха услышал характерный звук - ступила теплая лапа на корень дерева. Снова улыбнувшись своей жуткой улыбкой, Бха тихо снял лук с плеча и достал стрелу. Звук повторился, но уже где-то рядом. Хм, это был не тигр. Кто-то шел сквозь джунгли, похоже, это был человек. Бха растерянно обернулся и вдруг увидел полосатую шкуру. Он быстро метнулся в кусты, затаился. Но тигр не спешил подходить ближе. Бха прислушался и тут понял, что тигр преследует того нерадивого путника, чьи шаги оно слышал несколько мухурт назад. Поджав губу, Бха побежал назад, решая зайти сзади. Это был его шанс - тигр, преследующий жертву. Удача улыбалась ему. Бха осторожно ступил в край небольшой полянки и посмотрел на землю. Следы вели вглубь джунглей, однако, Бха заметил, тигр шел обычным шагом. Это было странно, но раздумывать было некогда. Конечно, Бха мечтал убить хищника лицом к лицу, но, когда удача сама идет в руки, честный бой был ни к чему. Бха решил застрелить тигра сзади.

Он быстро побежал по следам. Полянка кончилась, начались темные чащи. Бха несколько раз останавливался, прислушивался - тигр шел. Также изредка он слышал человеческий голос, то ли певший, то ли жалобно кричащий о помощи. Впрочем, жалости Бха не знал, но по неписанным законам джунглей, он поможет бедняге. Но вначале - тигр.

Наконец он его увидел. Тигр шел медленно, как бы высматривая путь. Он явно был заинтересован этим незнакомцем, потому что то и дело задирал морду и принюхивался. Бха сбавил шаг. Тигр не замечал его, это тоже было удивительно, но, на свою беду, Бха не придал этому особого значения. Добыча сама шла в руки. Бха приложил стрелу и прицелился. Возникла, навалилась та знакомая тишина, что всегда волновала его, с самого детства, когда еще отец учил его семейному ремеслу. Ничего не было выше этого наслаждения. Даже когда стрела поражала цель, когда сдирали шкуру, когда обменивали шкуру у разбойников на воду и девушек - все равно этот момент, когда стрела наведена - этот момент был самым сладким, самым желанным.

Бха положил стрелу на тетиву и оттянул ее к уху. Тигр остановился, но было поздно. Как вдруг тигр резко повернулся к Бха, и кровь застыла в жилах бывалого охотника. Вначале Бха не понял, что произошло. Он смотрел, смотрел и смотрел на тигра, пока вдруг не понял, что тигр глядит на него и... улыбается! Самой настоящей, человеческой улыбкой. Рука дрогнула, стрела вылетела, вонзившись в близлежащее дерево амалаки, а мир вдруг перевернулся и рассыпался жемчужными струйками необычной воды, что привозили разбойники Дравиды.

Страшный Бха, потомок жестокого Мригари, Врага Зверей, упал на землю и потерял сознание.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Очнулся Бха, когда солнце уже клонилось к верхушкам деревьев. Он встал, осмотрелся. Следы тигра уходили в обратную сторону, куда ушел голосистый незнакомец.

Бха вздрогнул, вскочил и помчался, что было духу, домой.

Тут следует немного отступить от нашего повествования и рассказать о доме нашего героя. Эта хижина, строго говоря, была лишь ночлежкой, Бха использовал ее, когда выходил на крупную охоту. У него был большой дом неподалеку, однако Бха очень любил останавливаться в своем "кутире", как он ее называл. Она представляла собой грубую глинобитную постройку с очагом и огромной дырой над ним, закрывающейся кожаной накидкой из шкур черных антилоп. Вход также представлял собой огромную дыру, заткнутую, словно театральным занавесом, двумя огромными шкурами слонов. Внутри все говорило о промысле, которым занимался хозяин хижины. На полу лежало пятнадцать отборных шкур тигров и медведей, в дальнем углу (хотя, строго говоря, углов в хижине не было) находился лежак из листьев, скрепленный обрезками лиан, слева от входа был тот самый очаг, а на стенах висели луки, топоры, секиры и множество колчанов со стрелами.

Бха стремглав вбежал внутрь и стал делать странные вещи. Вначале он скомкал все шкуры и бросил их возле правой стены. Затем, к удивлению тех, кто мог бы наблюдать всю эту сцену, он оттащил свой лежак к очагу, а сам уселся на корточки и принялся сгребать неплотный слой земли, что находился под лежаком. Копал Бха недолго. Солнце уже посылало прощальные лучи, а Бха вытаскивал какой-то мудреный предмет из тайника. Впрочем, Бха отложил предмет и обратил свое внимание на очаг. Вынув из пепла какой-то огромный камень, Бха ловким привычным движением дернул им о колышек, вбитый в землю, раз, два, еще раз - как вдруг с колышка сорвалась искра и, надо же, спорхнула прямо на сухие листья, лежащие у края очага. Огонь вспыхнул и хижина осветилась зловещим кровавым сиянием. Красная глина, из которой была слеплена ночлежка, как нельзя более подходила ее хозяину и, особенно, сегодняшнему происшествию, которое, как выяснится далее, еще не закончилось.

Бха пододвинул лежак к огню, сел и поднял с земли свой таинственный предмет. Это оказался сундучок, обмотанный тряпкой. Бха развернул тряпку и раскрыл свое сокровище. Мой дорогой читатель, ты будешь разочарован, но в сундучке не было ничего, кроме десяти листочков пергамента, исписанных большим грубым почерком. Однако для Бха, видимо, они представляли сейчас огромный интерес, потому что он стал вынимать их один за другим, подносить к огню и, шевеля губами, пытаться читать. Читать Бха умел. Это было необычно для охотников и составляло предмет особой гордости. Впрочем, все его предки умели читать, и, как он много раз слышал, на то были свои причины.

Заглянем теперь в пергаментные тетради Бха и попытаемся перевести, что сможем, из мудреных рукописей неизвестного поэта, а, может быть, летописца.

ПЕРВЫЙ ЛИСТОК (перевод с санскрита)
"Ищи ее, ибо с рассвета до заката она с тобой. Ибо придет время и ничего не станет, кроме нее. Она есть сокровище, что никто не сможет отнять. Она близко и далеко. Она смотрит, и на нее смотрят. Великое сокровище"

Прочитав этот листок, Бха бережно положил его обратно. Взял второй.

ВТОРОЙ ЛИСТОК (перевод с того же)
"Бдителен будь, не спеши, думай о прошлом с благодарностью, о будущем - с надеждой, о настоящем - с улыбкой. (Бха вздрогнул, прочитав слово "улыбка") Сделав шаг, делай другой. Страх изгони мудростью".

Бха покачал головой. Это было не то, что он искал. Прочел третий, четвертый, пятый. Все в том же духе, иносказания, безполезные, но очень притягательные. Шестой листок заинтересовал его больше.

ШЕСТОЙ ЛИСТОК
"Но знай, настанут времена, когда Добро и Зло неотличны будут. О потомки мои, знайте, время это настанет, когда явится мой шестьсот шестьдесят шестой внук, отпрыск рода Мригари".

Бха много раз слышал об этом, отец читал ему эти листки почти каждый день. Но, увы, счет потомков Мригари был безвозвратно утерян.

Седьмой листок был еще интересней.

СЕДЬМОЙ ЛИСТОК
"Великое облако придет, что не высыхает месяцами. Покоясь на руках, оно войдет в чрево ваше. Испив влагу, он не сможет оставаться таким, как прежде. И рука его дрогнет в этот день".

Бха поежился и подсел ближе к огню, взял восьмой.

ВОСЬМОЙ ЛИСТОК
"Долог путь его. Тишина разбудит. Голос позовет, но не сможет придти. Лишь рассыпет жемчуг, но обратно пути нет".

ДЕВЯТЫЙ ЛИСТОК
"Солнце упадет и не встанет более. Ибо зверь на тропе той. Зверь улыбчивый".

ДЕСЯТЫЙ ЛИСТОК
"Зверь свирепый ходит. В дом заглядывает, солнца нет более. Оставь все, конец рода моего наступил".

Бха несколько раз пробежал глазами по этим строчкам. Все так, все так.

Огонь метнулся, следуя порыву ветра из распахнутых слонових шкур на входе. Бха перевел взгляд туда, но шкур не увидел. Вместо привычных серых штор на него смотрела голова тигра. Листки выскользнули из рук Бха и упали в очаг. Тигр открыл пасть и произнес скрипучим каменным голосом:

- Ну, здравствуй, Бха...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

В свое время отец рассказывал Бха истории про великих мистиков, которые могли становиться легкими как пушинки и маленькими, как звездные пылинки, которыми играет солнце на заре и закате. Бха, еще будучи ребенком, мечтал вот так же, когда-нибудь, стать легким, улететь в небо и раствориться в ослепительном сиянии. Со временем такие желания поугасли в его сердце, но нет-нет, да посматривал Бха на небо и почему-то мрачнел.

Сегодня мечта его исполнилась. Несколько мухурт Бха глядел на прищуренные глаза тигра, как вдруг подпрыгнул, схватился обеими руками за края дыры над очагом и уже в следующее мгновение слетал вниз по скользкой крыше - начинался дождь. Не раздумывая, Бха ринулся по знакомой тропинке, пробежал одну сотую йаджана, свернул налево, перепрыгнул через кусты чампы и побежал, что было сил, на восток. Ветки, как и водится, хлестали его по щекам, какая-то колючка немилосердно воткнулась в правое ухо, Бха вырвал ее вместе с мясом, сморщился, но ходу не сбавил. Наконец впереди засверкала цель его забега. Огромная гора, омываемая потоками дождя, красивая и неприступная. Обежав ее по ходу луны, Бха прыгнул в незаметный грот и захлопнул вход огромным валуном. Теперь он был в безопасности.

Когда-то в этом гроте водился удав. Бха с улыбкой вспомнил, как отец брал его с собой, показывая пещеру, уходящую вглубь на несколько десятых йаджан. Отец говорил, что удава прогнал он, но Бха все не верил, ему казалось, что удавов никто не может победить. Но это было детство.

Бха перевел дух и сел. Снаружи бил дождь, настоящий ливень. В пещере был запас воды на месяц, может на полтора. Хотя это были странные мысли, гораздо важнее было обдумать недавние события, но думать не хотелось. Бха встал и прошелся туда-сюда. Пещера казалась неким существом, добрым и заботливым. В ней всегда было тепло, видимо в горе все еще тлела пралайа-агни, Огонь-Разрушитель, и сталактиты сочились очень быстро, что также говорило о высокой температуре. Бха почувствовал, что устал. Покачав головой, он хотел было присесть, как вдруг его внимание привлек незнакомый звук вглубине пещеры. Тигр, это тигр, конечно, это тигр, но надо держать себя в руках, ты же охотник, мужчина, это пещера, тигр не гнался за тобой, успокойся, все хорошо, кошмар скоро завершится, не бойся, не бойся, не волнуйся, это совпадение, тебе показалось...

Бха с трудом повернул голову в сторону звука. В глубине грота медленно вспыхнули два зеленых глаза и уже знакомый скрипучий голос произнес:

- Тебе не надо бояться меня, Бха...

Вверху, за валуном, ударила молния и на миг осветила бывалого охотника Бха, потомка беспощадного Мригари. Лицо его как-будто облили молоком, а левый глаз повеселел. Охотник Бха поседел, ослеп на один глаз и, разумеется, упал без чувств на тяжелые камни своего неверного прибежища.

***

На этот раз Бха очнулся от незнакомых ощущений. Он прищурил свой единственный теперь глаз и увидел, что тигр, наступив ему на грудь двумя лапами, облизывает ему лоб. Было щекотно, и Бха повел губами. Тигр отступил, потом вдруг разбежался и со всего маху вытолкнул валун, загораживающий вход, наружу. В грот ворвалось солнце, стали слышны переливы птиц, природа пробуждалась ото сна.

Бха сел. Он смотрел куда-то вглубь, не то своих мыслей, не то еще чего-то, он сам понять не мог. Слов больше не появлялось в его истощенном рассудке, а тело ныло и не хотело повиноваться. Бха мрачно поглядел на тигра и неожиданно для себя задал глупый вопрос:

- Ты кто? - тихо спросил Бха.
- Ррррр, - раздалось в ответ.
- А, - подумал Бха, но ничего не сказал. Так и сидел, сидел, сидел, а тигр стоял у входа и вглядывался куда-то вдаль.

- Я хочу поговорить о твоем отце, Бха, - наконец произнесло чудовище и повело хвостом.
- А, - уже вслух подумал Бха и зачем-то уселся поудобней.
- Я давно знаю твоего отца, - невозмутимо продолжал зверь. - Он был настоящим охотником, быстрым и легким. Он всегда бил в сердце, и животные не знали страданий перед смертью. (Бха кивнул - это был закон рода Мригари). Он обучил тебя ремеслу, он заботился о твоей матери (Бха помрачнел), он ушел из жизни достойно. (Бха мельком глянул на зверя, но тут же отвел глаз). Но он не открыл тебе тайну десяти листков. (Бха затрясло, но он быстро справился с собой). Сейчас я расскажу тебе все, что должен был рассказать тебе твой отец, прославленный охотник Антаха. (При имени отца Бха снова вздрогнул, но понимающе покачал головой и продолжил слушать).

Зверь помолчал. Прошелся от входа в пещеру и обратно, улегся рядом с Бха и снова заговорил.

- Первое, что должен был передать тебе твой отец, великий охотник Антаха, есть великая тайна. Эту тайну хранили все твои предки и передавали своим сыновьям лишь перед смертью. Вот эта тайна - начинателем твоего рода является вовсе не Мригари! (Бха потер вспотевшие руки). Услышь же эту древнюю легенду. Давным-давно, несколько десятков маха-кальп тому назад жил в одном городе бедный брахман. Он помогал служителям городского храма и собирал каждый день цветы для Божеств в ближайшем лесу. Однажды на свою беду он заметил в кустах мужчину и женщину, сладострастно обнимающих друг друга. Юный брахман никогда не видел ничего подобного, и вожделение пробудилось в его сердце. Когда мужчина ушел, брахман погнался за этой женщиной, стал умолять ее, клясться вечной любовью и так далее. (Бха зачем-то понимающе кивнул). Так брахман бросил свою семью, свою духовную практику и стал жить с этой женщиной, которая оказалась ни кем иным, как продажной наложницей. Она все время требовала от него украшений, развлечений, страсти. (Бха усмехнулся). И родилось у них пятнадцать детей. Благодаря младшему этот брахман спасся от пут Ямадутов. (Бха недоверчиво хмыкнул). Но мало кто знает, кем стали его остальные сыновья. Эти сыновья превратились в разбойников, промышлявших грабежами и поджогами. За их головы было назначено такое вознаграждение, что все твои друзья из Дравиды побросали бы все свои дела и только и знали, что выискивать этих негодяев. (Бха удивленно поднял живую бровь - какой информированный зверюга, однако). Старшего из них звали Камакродха. Более жестокого чудовища Бхарата-варша не знает до сих пор. Даже ты содрогнешься, когда узнаешь, что он творил. Его главным помощником был его брат, Сарпа. Камакродха убивал главным образом людей, тогда как Сарпа находил удовольствия в том, что мучил животных. В один прекрасный день сын правителя этой страны собрал огромную армию, окружил лес, в котором жили братья, и поджег его. Все братья погибли в этом пожаре. Все, кроме Сарпы. Он спасся необыкновенным образом. В этот день Сарпа поймал самку слона, которая, к несчастью, была на сносях. Обычно он пытал животных, дожидаясь пока они умрут от голода и жажды. Так было и на этот раз. Когда начался пожар, Сарпа вскрыл брюхо слонихи, выбросил оттуда нерожденного слоненка, быстро закопал его и сам влез в чрево своей жертвы. Так он пролежал несколько часов, слыша, как огонь охватывает слониху, ее последние вздохи, последние удары ее сердца, затем переклики воинов, искавших уцелевших братьев. Все смолкло, и Сарпа, упревший, но счастливый, вылез наружу. Он ушел в другой лес, в соседнее царство и прославился там под именем Мригари. Прошло несколько лет, и вот однажды Мригари повстречал на лесной тропинке необычного брахмана. Брахман, казалось, парит над землей, а в руках он держал смешную тыкву с торчащей из нее палкой, на которую были зачем-то намотаны серебряные нити. Брахман задевал эти нити, отчего в округе на несколько йаджан разливались столь сладостные звуки, что все птицы замолкали, а животные принимались танцевать. Брахман посмотрел на Мригари и сказал: "О, Враг Зверей, ты ловишь животных в силки и оставляешь их мучится до самой смерти. Твои поступки приведут тебя в адские миры, мой дорогой". Великий Мригари, не ведавший страха, тут вдруг почему-то жутко испугался. (Бха опять понимающе кивнул). Он выронил свой лук и спросил мудреца: "Что же теперь мне делать?". Брахман ответил, что следует сразу убивать животных, чтобы они не мучались долго. Перед Мригари вдруг предстал весь пантеон убитых и замученных им животных, и он ужаснулся своих преступлений. Слезы брызнули из его глаз, он припал к стопам сияющего брахмана и закричал: "Боже, Боже, что мне делать, что делать? Как мне жить дальше?" Брахман улыбнулся и сказал: "Возвращайся в свою хижину, никогда больше не убивай зверей, проси каждый день прощения у всех живых существ и повторяй мантру, которую я тебе сейчас дам". С этими словами брахман нагнулся и прошептал в ухо Мригари какие-то слова. Лицо Мригари, до этого черное, просветлело, он собрался было ломать свой лук, но сомнение одолело: "Как же я буду добывать средства к существованию?" - спросил Мригари. "Не бойся, я пошлю тебе все необходимое", - произнес загадочный брахман и вдруг исчез, так же неожиданно, как появился. Мригари сломал свой лук и отправился домой, в хижину, где жил вместе со своей женой. И все было хорошо, он стал молить о прощении, читал каждый день мантру, полученную от брахмана, и проводил свои дни в размышлениях о Неизведанном. Жители соседних деревень, прознав о том, что жестокий охотник превратился в святого отшельника, приходили посмотреть на чудо и приносили с собой рис, молоко, дрова, мед и масло. Так Мригари не знал нужды и жизнь его, казалось, будет безоблачной. Однако это было не так. В один прекрасный день его жена отправилась к реке за водой и не вернулась. Мригари обеспокоился и отправился на поиски верной супруги. У реки он обнаружил пустой сосуд и следы, ведущие вглубь леса. Мригари побежал в ту сторону и через несколько сотых йаджана он обнаружил табор диких лесных людей. Он понял, что это они похитили его любимую жену, и стал обдумывать, как освободить ее. После некоторых раздумий он снял с себя одежды, сорвал с деревьев кору, посыпал тело пылью и песком и в таком виде приблизился к табору. В их наспех возведенном городке царило веселье. Увидев нищего бродягу, они с хохотом пригласили его разделить их трапезу. Мригари сел и стал присматриваться, чтобы определить, где они держат его жену. Но ее нигде не было.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Птичка впорхнула в пещеру и села прямо рядом с хвостом полосатого зверя. Бха с интересом стал следить за развитием события, однако развития не последовало. Тигр махнул хвостом, и птичка улетела, но почему-то вглубь пещеры, а не на волю. Бха слушал дальше.

- Наступила ночь, и табор погрузился в хмельной сон. Мригари тихо вышел из шатра, в который его любезно пригласил один из дикарей, и стал неслышно пробираться к большой постройке, напоминающей дворец. Как он понял, там жил предводитель всей шайки, и, наверняка, его супруга именно там. Ночь была темной, однако Мригари, благодаря многолетней выучке, сносно ориентировался даже в незнакомой местности. Скоро он уже входил по деревянным ступенькам во дворец. Впрочем, близи этот "дворец" оказался захудалым сараем, наспех обитым богатыми тканями, совсем не вязавшимися со внутренней обстановкой. Внутри царил хаос; повсюду были разбросаны черепки из-под винных кувшинов, в углу спал пес, изо рта у него торчала какая-то кость. Мригари напряг свой нюх, никогда не подводивший его, но с трудом мог различить запахи - все они сливались в один густой винный перегар. Тогда он применил свой излюбленный охотничий прием. В свое время, когда ему надо было поймать самого большого слона, он поджигал их пастбище с четырех сторон, оставляя лишь небольшой ход. Все слоны устремлялись туда, однако первыми, разумеется, добегали самые поджарые, тогда как грузные старые слоны приходили последними. Сейчас ему, впрочем, поджигать не надо было ничего. Мригари набрал полную грудь воздуха и страшным голосом закричал: "Горииииим! Пожаааар!". Первым вскочил пес, поперхнулся костью и тут же сдох. Вторым за ним в одном тюрбане на голое тело выскочил какой-то слуга и, словно бочонок с рисовой настойкой, выкатился в окно. Тут же распахнулась какая-то дверь, и из нее, как зерна плодов бибитаки, стали вылетать грузные черные тела, с криками, кувшинами и удивленным выражением лица. Наконец, похоже, выполз сам хозяин. Он был одет, кроме тюрбана, в некое подобие похоронного савана, Мригари даже вскрикнул, так кстати это было. Одним ударом локтя Мригари повалил гостеприимного хозяина на пол, задрал ему ногу и прижал коленом ко лбу. Видимо, хозяин все еще не отошел от ночной попойки, поскольку, вместо того чтобы кричать от боли, лишь захрипел и завращал глазами. "Где она?!", страшным голосом закричал Мригари. В свое время от этого голоса у бывалых воинов разрывалось сердце, однако хозяин лишь отвел нижнюю губу и выпустил из нее струйку гнилой слюны. Мригари тоже сплюнул, отпустил хозяина и вбежал в его покои. Но, не успел он сделать и шага, как навстречу ему вышла его супруга. Она была бледна, но шла ровно. Мригари подхватил ее на руки и выпрыгнул в окно. Там его зачем-то ждал конь. Мригари, долго не думая, вскочил на коня, и они понеслись прочь. Погоня была вялой и недолгой. Мригари знал лес, как свои десять пальцев. Так он спас жену. Но не свой род.

Через несколько дней жена открыла ему страшную тайну. Над ней надругались, и она теперь ждала ребенка. Для таких тяжелых испытаний Мригари не был готов и от горя тяжело заболел. Иногда, в лихорадочном бреду, он вскакивал и грозил кулаком куда-то в небо. Изрыгая страшные проклятия, непонятно кому, он в изнеможении падал обратно на ложе и забывался тяжелым сном. Так прошло два месяца, когда на дороге, ведущей к их дому, снова появился сияющий брахман.

Войдя в дом, брахман сел рядом с Мригари и вложил ему в рот какой-то маленький зеленый листочек. Мригари очнулся и тоже сел. Они долго молчали. Наконец, Мригари спросил: "Скажи мне, разве истина не приводит к счастью? Разве для этого я послушался тебя и стал вести жизнь праведника?". И тогда сказал ему сияющий брахман: "Послушай меня, Мригари. Если сможешь вместить, что скажу тебе, - обретешь великое сокровище. Если нет - потеряешь то, что уже имеешь". Мригари опустил глаза. "О великий охотник", - сказал сияющий брахман, - "позволь мне рассказать тебе историю о молодом царевиче, решившем изведать вкуса духовной жизни".

ИСТОРИЯ О ЦАРЕВИЧЕ.

Единственный сын и наследник великого царя Гопуры был необычным ребенком. Уже с детства он задавал такие вопросы своим учителям, что им приходилось за ответом ходить в близлежащий лес к мудрецам, жившим там. В один прекрасный день к ним во дворец пришел знаменитый святой, Кришнапарайана. Он был весь в пыли, в застиранных одеждах, однако царь, узнав мудреца, принял его со всеми почестями. Кришнапарайана сел и стал говорить, обращаясь ко всем. Говорил он о пути познания своего истинного "я" и пути познания этого мира. И так понравилось это все царевичу, что на следующий день он припал к стопам своего отца с просьбой отпустить его вместе с мудрецом. После долгого раздумья отец согласился.

И вот ушли они в другое царство, где началось духовное обучение молодого царевича. Каждый день выходил царевич в город просить милостыню. Иногда ему улыбались, иногда гнали прочь. Царевич с благодарностью принимал и то, и другое, радуясь, что может так легко отказаться от двойственности этого мира, проявляющейся в добре и зле, холоде и жаре, счастье и страдании. Так проходило их время, пока, на свою беду, царевич не забрел как-то раз в неизведанный еще уголок этого большого города. Дома в этом уголке были все подобны царским дворцам, впрочем, это и были царские дворцы - царевич, сам того не подозревая, пришел в сад, где сидели служанки царя этой страны.

Служанки, увидев молодого монаха, заулыбались и знаками пригласили царевича отведать с ними царских явств. Какой-то голос внутри предостерег юношу от такого приглашения, но другой голос, много сильней первого, склонил таки принять щедрые дары, и вот уже, сам не зная как, юный отшельник сидит и мило беседует с молодыми красавицами, заедая и запивая беседу блюдами с царской кухни.

Все это не осталось незамеченным для стражников, и они передали царю, что, мол, так и так - какой-то монах любезничает с Вашими, величество, наложницами.

Царь сам вышел в сад, чтобы убедиться в словах стражи - такого нарушения общественных устоев его страна до сих пор не знала. Это было неслыханно - чтобы монах, соблюдающий обет безбрачия, мог вкушать царские явства в обществе прекрасных незнакомок. Громовым голосом царь произнес: "Ты нарушил свои обеты, негодяй! Сегодня я проучу тебя и преподам урок всем остальным! Дать отроку двадцать пять плетей для отрезвления рассудка!".

И вот царевич очнулся, весь в крови, в пыли, лежащий на дороге. Сжав кулаки от ярости, он возвратился в тихую обитель своего духовного наставника и, склонившись перед ним, произнес следующее: "Мой дорогой учитель, похоже, я слишком рано отрекся от мирских удовольствий. Позволь мне снова отправиться в дом моих родителей, стать царем, провести жизнь согласно моей дхарме, а там уж как Бог даст. Пожалуйста, прости меня и не забывай. Может быть, по твоей милости, духовное знание когда-нибудь прорастет в моем горячем сердце". Кришнапарайана понимающе кивнул, но попросил царевича остаться еще на ночь. Юноша согласился, похлебал горохового супа, который сварил ему Кришнапарайана и забылся тревожным сном.

Тогда склонился Кришнапарайана перед изображением Господа и взмолился, чтобы Господь послал его юному ученику разум и долготерпение. И вот видит царевич сон, в котором собирает он армию и нападает на город своего обидчика, желая отомстить за унижение. Сначала его войско теснит врага, но затем неприятель загоняет всю его армию в овраг и убивает, не жалея никого. Самого царевича берут в плен и ведут к царю. Царь узнает его и велит казнить. И вот видит царевич эшафот, огромную ревущую толпу горожан вокруг него, страшного темного палача. Вот кладут его наземь, вот палач взмахивает своим орудием, и видит вдруг царевич среди людей, праздно глазеющих на его казнь, доброе лицо Кришнапарайаны, своего дорогого духовного учителя, и слышит его голос: "Знай же, мой дорогой царевич, ВСЕ, ЧТО ПРОИСХОДИТ С НАМИ В ЭТОМ МИРЕ - ВСЕГО ЛИШЬ СОН".

На этом сон оборвался, и, проснувшись, царевич все понял. Да, этот мир - словно театр, словно сон, в котором, хотя все происходит как бы по-настоящему, в действительности не имеет ни малейшего отношения к реальности. Реально только то, что существует вечно, а то, что рождается и умирает - к реальности не относится. Лишь атма, блаженная частица вечности, может быть названа нашим подлинным "я", тогда как одежда атмы, материальное тело и материальное сознание, - есть временное покрытие, с помощью которого атма играет свои роли в этом мире.

О Мригари, и счастье, и горе в этом мире - всего лишь эфемерные проявления материальной энергии Непостижимого. Смиренно сноси все невзгоды и радости этой жизни, и в конце тебя ждет величайшая награда - бессмертие".

С этими словами сияющий брахман достал десять пергаментных листков с неизвестным письменами и протянул все это Мригари. "Скоро у твоей жены родится ребенок. Ему передадутся все качества его настоящего отца. Однако ты можешь сделать очень многое для своего мнимого потомства. Не препятствуй занятиям сына, однако передай ему эти десять листков. Скажи ему, что это завещание предков твоего рода, научи его читать и попроси бережно хранить эти листки. Пусть все твои потомки читают их, а перед смертью пусть они рассказывают своим взрослым детям великую тайну твоего рода, Мригари". С этими словами сияющий брахман поднялся, подхватил свою небесную тыкву и растворился в утреннем тумане. Такова тайна твоего рода, Бха. Тайна, о которой не успел рассказать тебе твой отец".

***

Солнце заливало всю пещеру золотым потоком. Тигр, казалось, слился с ним, и видны были лишь черные полоски, лапы и глаза. Бха глядел в одну точку, пытаясь понять, что в словах зверя ему показалось неестественным. Рассудок постепенно возвращался к нему, но понял он это не сразу. Наконец, его осенило. Бха побледнел и чуть слышно спросил:

- Скажи мне, зверь, а ты то откуда знаешь все это?

Тигр резко поднялся, махнул хвостом и подошел вплотную к Бха. Помолчав минуту, он медленно произнес:

- Я и есть твой отец, Бха. Я - великий охотник Антаха...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

- Так значит, я и есть последний потомок Мригари? - спросил Бха и вытащил из манго косточку.

Они сидели на небольшой полянке и обедали. Манго, листья сва-чиша и вода из родника неподалеку составляли их скромную трапезу. Отец продолжал рассказывать свою историю.

- И вот тигр напал. Несмотря на неожиданность, я не отступил, только подхватил мать и понесся вниз по оврагу, желая завлечь зверя в топь. Вдруг твоя мать очнулась и очень неловко вцепилась мне в плечо, видимо от испуга. Кровь текла ручьем, ее грудь была изодрана в клочья, но сознание было ясным. Она просила меня отпустить ее, и в этот миг тигр настиг нас. Она умерла первой, я видел, как тают в болоте ее белые одежды. Потом пришел и мой черед, но я решил недешево отдать свою жизнь. Выхватив последний нож, я со всей яростью принялся вонзать его в пасть зверя. Но было поздно. Вкус крови лишил чудовище рассудка, и он, не обращая внимания на боль, вонзил свои острые зубы мне в живот. Тут все потухло, и я умер.

Бха поглядел на тигра-отца. Когда-то давно он слышал о дивных людях, рассказывающих небылицы о прошлых своих жизнях. Но не поверить сейчас было невозможно - этот тигр говорил правду. Впрочем, вера Бха не была бездоказательной, тигр-отец напомнил ему об удавах, которых он когда-то прогнал из пещеры, и Бха вынужден был поверить отцу.

Они шли куда-то, отец сказал - это сюрприз. Это было недалеко, но голод вынудил их сделать привал, и они снова беседовали, как ни в чем ни бывало.

- Куда же ушла мама? - спросил Бха.
- Этого я не знаю. Я никогда не думал, что вспомню свою судьбу, но по ЕГО милости это произошло.

Бха задумался, про кого это говорит отец, но Антаха-тигр сам ответил на его немой вопрос.

- ОН выше. Для НЕГО не существует одежд. ОН может все, и даже больше. Мы идем к НЕМУ. Это и есть мой сюрприз.

Бха немного разочарованно улыбнулся, однако спорить не стал. Какая-то непонятная ясность овладела всем его существом, заставляя совместить несовместимое, и в этом акте над-разума любое сомнение казалось лишь облаком, на время загораживающим солнце. Бха поднялся, стряхнул с себя пыль и листья и забрался на спину отца. Тигр махнул хвостом, и они понеслись.

***

Бежал отец недолго. Уже через пять-шесть десятых йаджан Бха услышал знакомый голос. Тот самый, который он слышал вчера. Это был незнакомец, которого вынюхивал его отец, превратившийся в тигра. Бха слез со спины отца, и они тихонько подошли к лианам и стали смотреть сквозь ветки.

Вначале Бха не мог толком ничего разглядеть - солнце слепило глаз. Прищурившись, как только было возможно, он чуть нагнулся, надеясь попасть под тень крупных листьев, как вдруг с суеверным ужасом увидел, что солнце светит с юга, то есть - прямо ему в спину, и никак не может слепить его. Сияние, за которым он не мог разглядеть незнакомца, исходило от самого незнакомца.

- Это ОН, - шевельнул пастью отец.
- Угу, - хрустом опаленных листьев откликнулся Бха и продолжил свои наблюдения.

После отчаянных попыток ему все же удалось разглядеть незнакомца. Он был высокого роста, а руки доходили ему до колен. У него была обрита голова, и лишь на макушке развивался клок темных волос. Он шел, то и дело вздымая руки к небу, и что-то пел. Бха ждал, чтобы он подошел ближе, очень хотелось расслышать, что же тот поет. Отец, похоже, уже слышал его пение, потому что мурлыкал себе что-то под нос в такт с переливами незнакомца. Наконец незнакомец приблизился, и Бха уловил странные звуки:

кришна кришна кришна кришна кришна кришна кришна хе
рама рагхава рама рагхава рама рагхава ракша мам
кришна кешава кришна кешава кришна кешава пахи мам

Пронесся ветерок, и Бха уловил чуть заметный аромат. Такого аромата он не чувствовал еще никогда в жизни. Бха не понимал, откуда он исходит, но догадывался, что это как-то связано со странным незнакомцем. Он замер, очарованный всем происходящим, отец тоже стоял, как неживой.

"Кришна, Кришна, Кришна, Кришна", - пронеслись веселые буковки перед глазами Бха, и вдруг неизвестный поток подхватил его, окунул в небесную гладь, покрыл глазурью заходящего солнца и бросил в необозримый океан чего-то, чего он никогда, никогда не пробовал.

- Ааа..., - только и хотел сказать Бха, но губы лишь сухо шевельнулись, и он не смог вымолвить ни слова. Океан подхватил его и разгулисто катал по волнам бесконечности, заманивая веселыми барашками нежности, ух ты, Бха, ух ты. Как вдруг все стихло.

Бха очнулся и принялся оглядываться по сторонам, пытаясь понять причину. Наконец он перевел взгляд на незнакомца и увидел, что тот остановился и смотрит куда-то вглубь джунглей, совсем недалеко от того места, где находились они с отцом. Затем незнакомец поступил странно. Он подошел ближе к краю тропинки и довольно строго прокричал:

- Послушай, я знаю, что тебе нет дела до твоей репутации, но хоть мою ты пожалей!

Бха удивился, однако уже в следующую мухурту увидел еще одного незнакомца, очень похожего на первого, который, как видно, прятался за деревьями. Первый продолжал отчитывать второго.

- Ты дал обет никогда не покидать Пури. Теперь тебе все равно, что скажут люди. Но это может повредить моей миссии. Если люди перестанут уважать меня, как они смогут оценить то, что я им принес?!

Второй незнакомец вышел на свет, по щекам его текли слезы. Он вдруг упал к ногам первого и зарыдал во весь голос.

- Пойдем, - сказал отец, и Бха повиновался.

Они вновь понеслись куда-то, и вскоре вышли на большую поляну. На этой поляне творилось совсем из ряда вон выходящее. Первое, что увидел Бха, были четыре антилопы, стоящие на задних лапах и вздевающих передние к небу. Поодаль старый седой лев обнимал олениху и, Бха мог поклясться чем угодно, танцевал с ней. Тут же были слоны, длиношерстые бараны и павлины, носороги, фламинго и еще множество мелких зверьков - все они плясали и, БОже праведный, пели ту самую песню, что Бха только что слышал из уст сияющего незнакомца.

Отец взмахом хвоста велел Бха спрыгнуть на землю, а сам прыгнул в самую гущу удивительного хоровода, встал на задние лапы и заревел неземным голосом:
- ГАааааа-Уууууу-Ррррран-Гаааааа!

От этого рева с деревьев стали срываться листья и плоды, старый лев запрыгнул на ветки и стал, словно молодая белка, скакать по верхушкам огромных баньяновых побегов, антилопы упали на землю, а носорог так ударил своим рогом в кокосовую пальму, что с нее градом посыпались кокосы; они разбивались и обрызгивали всех своим молоком; начался хаос.

Бха подскочил на месте и закружился в танце. В этой пляске солнце подмигивало ему, теперь они были похожи - оба с одним глазом; левая нога почти не слушалась, и получалось так, что Бха танцевал вокруг своего же туловища. Блеск облаков сменился на тягучее сияние молодой луны, и тут все просто обезумели. Лапы и руки тянулись к луне, желая обнять ее прохладу, напиться ее соком, который бесконечным потоком разливался по джунглям Джариканды. Забылось всё. И вспомнилось что-то давно забытое. И это давно забытое было более близким, чем забытое сейчас. Бха покружился еще немного, затем мягко опустился на землю и задремал. Левый, мертвый глаз его оставался открытым, а на устах заиграла улыбка блаженства.

***

Проснулся Бха в своей хижине, на лежаке. В очаге еле теплился огонь, вокруг было хмуро и темно. Бха протер свой глаз и увидел, что вокруг лежака стоят четверо незнакомцев. Присмотревшись, Бха с удивлением узнал в незнакомцах своих старых приятелей из Дравиды.

- Хм, - крякнул один из них и прокашлялся. - Мы тут уже целую кальпу ждем.
- Просыпайся, Бха, разговор есть.

Бха встал и знаком попросил всех сесть. Подбросил сухих веток в огонь, потер затекшие ноги, сел сам. Воззрился на разбойников.

- Эк это тебя, - участливо поглядел один из непрошеных гостей на Бха и кивнул на его седую бороду.
- Тигр, - неясно ответил хозяин и замолчал.
- Тут вот что, - взял слово главарь банды. - Нам к следующему полнолунию нужно пять тигриных шкур и два бивня.

Бха молчал, лишь хмуро глядел в земляной пол.

- Оплата, как всегда. Хотя, я поглядел, воды у тебя еще на месяц, а то и на два. Вот другое... Тебе в этот раз какую - с побережья или с города?

Бха опять промолчал.

- Хорошо, - разбойники поднялись. - Значит с побережья. К следующему полнолунию. До встречи, охотник.

С этими словами разбойники вышли, а седой Бха, потомок святого Мригари, глубоко задумался...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Итак, наше повествование подходит к концу. Бха решит последовать примеру своего духовного предка и перестанет убивать. Конечно, разбойники будут недовольны, но Бха был решительно настроен. История умалчивает, чем это все кончилось, зато нам известны сны, которые видел Бха пять ночей перед полнолунием, и мы с радостью публикуем их здесь.

СОН В ПЯТУЮ НОЧЬ ПЕРЕД ПОЛНОЛУНИЕМ.
Вначале Бха увидел пузырьки, много пузырьков. Они улыбались ему, и он улыбнулся им. Подлетев поближе, Бха заглянул в один из пузырьков и с удивлением увидел, что внутри пузырька растет белый лотос. Бха протянул руку, чтобы сорвать лотос, но вдруг очутился внутри пузырька; оказалось, что у него пятьдесят голов и две руки. Бха тряхнул обеими руками, и с них в бездонную пропасть над лотосом посыпалась пыль. Эта пыль стала прилепать к стеблю лотоса, а затем все закружилось, завертелось, и Бха рассыпался на десять птиц, которые полетели, кто куда, причем он мог одновременно видеть маршрут каждой из десяти. Одна из птиц, покружив над лотосом, углубилась в его цветок, и Бха очутился в самом стебле. На этом сон кончился.

СОН В ЧЕТВЕРТУЮ НОЧЬ ПЕРЕД ПОЛНОЛУНИЕМ
Бха видел, как стрела летит. Он попытался бежать, но ноги не слушались. Он попытался кричать, но рта не обнаружил. Вместо рта на его лице красовалась огромная шкура тигра, украшенная сапфирами и жемчугом. Он попытался сорвать жемчуг, но руки не поднялись. Он посмотрел на руки - они оказались увешенными золотыми кольцами, украшениями, ожерельями, браслетами - такими тяжелыми, что руки в какой-то момент просто отвалились и сияли неровным светом почему-то в болоте. Итак, стрела летела. Она была красного цвета, нет, потом Бха заметил, она была огненная. За ней он увидел руку неведомого охотника, пославшего ему смерть. Взгляд застыл на этой руке, хотелось смотреть на нее еще и еще, снова и снова. Наконец стрела впилась ему в сердце. Вокруг все зазвенело, руки почему-то выползли из болота - теперь на них не было ни одного украшения, шкура спала со рта, ноги отошли от туманного затека, и Бха, спотыкаясь, побежал к охотнику, пославшему смерть. На ходу он зачем-то вынул свое сердце и кинул в охотника. После чего проснулся.

СОН В ТРЕТЬЮ НОЧЬ ПЕРЕД ПОЛНОЛУНИЕМ
Бха лежал в гробу и слушал, как его хоронят. Слышал он довольно странные звуки, не то чавканье, не то почмокивание. В какой-то момент он захотел поглядеть, что это такое, но посчитал неэтичным - все таки он умер, а умершему не полагается выглядывать из гроба. Наконец, стали говорить про него. "Он - великий потомок Мригари", - услышал Бха и зажмурился от удовольствия. "Он оставил все ради Истины", - запищал другой голос, и Бха уже было не жалко, что он умер. "Он видел Самого Чайтанью!", - забасил третий, и Бха прослезился прямо на красный бархат, коим был обит его гроб. Вдруг откуда-то раздались переливы бамбуковой флейты. Аа--уууу--мммм, - играла флейта, а хор словословий стал еще сильней: "Великий! Святой! Слава! Ачарья!", - кричали в эйфории голоса. Бха не выдержал и выглянул из гроба. БОЖЕ! Его хоронили не друзья, и не разбойники из Дравиды. Его хоронили... звери, которых он убил в свое время. Увидав, что их мучитель восстал из царства смерти, звери разочарованно завопили и, оскалив свои зубы, бросились на Бха. Бха отчаянно закричал. И снова этот звук бамбуковой флейты; он был теперь ближе, слышней. Легкий ветерок принес ароматы лесных цветов, звери разбрелись, хмуро уступая дорогу кому-то более сильному. Бха с надеждой оглядывался, но никого не видел. И лишь бамбуковая флейта пела, разгоняя печаль и заглушая лживые возгласы тех, кто ненавидел Бха при жизни. Так он и проснулся.

СОН ВО ВТОРУЮ НОЧЬ ПЕРЕД НОВОЛУНИЕМ
На этот раз сон был коротким. Бха взбирался по каким-то бесконечным ступенькам. Он совсем выбился из сил, и лишь упрямая мысль, что он должен дойти до конца, подгоняла его. Наконец, он уткнулся в какую-то дверь. Над дверью выделялся невиданный ранее кружок, а из этого кружка выглядывал кружок поменьше. Какой-то внутренний голос сказал Бха, что нужно надавить на маленький кружок. Бха повиновался, и вдруг пространство за дверью наполнилось колокольным звоном. В ужасе Бха отступил назад, но звон скоро закончился. Как только это случилось, дверь открылась, и на пороге появился... сияющий брахман со своей смешной тыквой, на которую были намотаны серебряные нити. Брахман глядел строго, а Бха оробел и водил глазами (теперь у него было два глаза) туда-сюда. Наступило тягостное молчание. Наконец брахман покачал головой и глубоким грудным голосом сказал: "Ну что ж, раз пришел - заходи". После этого Бха проснулся.

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ СОН БХА и КОНЕЦ ИСТОРИИ.
В эту ночь Бха увидел, что бежит по незнакомому городу. Хижины в этом городе были такими высокими, что доставали крышами до небес. Натерты они были, вероятно, особым маслом, ибо солнце ярко отражалось в них. Мимо Бха пробегали невиданные безглавые животные, у которых вместо ног было по четыре черных удава, свернувшихся кольцами. Из их хвоста вырывался адский огонь (судя по дыму), а внутри, в их прозрачных чревах сидели их жертвы, еще живые, но, Бха понял это по выражению их лиц, обреченные на смерть. Бха бежал и бежал, пока наконец не приблизился к хижине, над дверью которой небесным сиянием красовались невиданные письмена. Почему-то во сне Бха смог прочесть это послание. Тайное послание состояло всего из двух слов, но Бха понял, что важнее этого он в жизни еще не читал. Надпись гласила: "Бесценные дары". Бха отворил дверь и вошел внутрь. Там он увидел около двадцати охотников с серьезными выражениями на лицах, а затем увидел главное. В глубине комнаты он увидел одинокого незнакомца, что пел свои небесные песни в джунглях Джариканды. Впрочем, приглядевшись, он понял, что обознался. Перед ним сидел старец в шафрановых одеждах и что-то негромко пел. Бха прислушался и чуть не задохнулся от удивления. Старец пел:

кришна кришна кришна кришна кришна кришна кришна хе
рама рагхава рама рагхава рама рагхава ракши мам
шри кришна кешава кришна кешава кришна кешава пахи мам.

Бха отошел к окну и стал смотреть, как на стекло с обратной стороны падают капли дождя. Он глядел на эти капли и вдруг увидел, что внутри эти капель растут лотосы. Протянув было руку, Бха вспомнил что-то, и руку убрал; просто смотрел на дождь, который лил и лил, нескончаемым потоком.
Бха прислонился к стеклу, просыпаться не хотелось.

***

Старый охотник Бха, потомок мудрого Мригари, улыбался и плакал во сне...

КОНЕЦ

Субботний день 28 мая я провёл в лесу. Ничего особенного в этом лесу нет. Обычный такой лес, с умеренным климатом. Правда большая река рядом, да и красивый обрыв на противоположном берегу возвышается так величаво, что напоминает средневековый замок, огромные стены которого достают почти до облаков. Белых, летних, лёгких таких облаков. Лето! Это вам не зима, однако! Долго я так бродил среди деревьев, птиц, жужжащих шмелей, элегантных стрекоз. Вспомнил почему-то конкурс Максима Мейстера, его сказку про лошадку…
От свежего, лесного воздуха, пропитанного ароматом молодой зелени и луговых цветов, слегка закружилась голова. Обычное дело! Бывает. С городскими жителями… с непривычки…

Огромный, прямо сказочный дракон, хлопая кожистыми крыльями, опустился прямо перед крестьянином. Почти метровые чёрные когти дракона замерли в шаге от него. Драконово тело было пузатым, хвостатым и… о пятнадцати головах!!!
Крестьянин пришёл в себя лишь несколько минут спустя. Пятнадцатиголового дракона он никогда не видел так близко. Да и… вообще никакого не видел! Пятнадцать голов были разными и по форме и по величине. Даже цвет глаз каждой из них не был похож на другие. У одной головы зелёные, у другой жёлтые…
-Не бойся меня! – заговорили драконьи головы. Странное дело! Голос каждой из голов был свой, - у одной головы писклявый девичий, у другой ломкий юношеский, у третьей грудной женский, мужской, детский, старческий и т.д. Все эти голоса сливались, в какой то причудливый хор. Было непривычно слышать всё это, но и любопытство крестьянина брало своё.
-А я и не боюсь! С чего это ты взял?! – смело ответил наш крестьянин и продолжал разглядывать это сказочное чудище.
-Ты откуда взялся то? Из сказки что ли? – спросил крестьянин и продолжил, как бы рассуждая вслух, - пятнадцать голов… мдяя.… И что, все твои? – осмелел окончательно крестьянин, убедившись, что ничто ему не угрожает.
-Да нет.… Это следы моих путешествий, - отозвался дракон и сложил свои крылья. Было видно, что ему как-то непривычно здесь находиться.
-Я пролетел пятнадцать миров, чтобы встретить тебя. И в каждом из них у меня вырастала новая голова. Понимаешь? В каждом из этих миров я приобретал новую голову. Так что надеюсь, что в твоём мире у меня появится шестнадцатая!
-Вот те на! – выказал своё понимание крестьянин.
-А зачем я тебе нужен? Раз ты проделал такой путь, в пятнадцать миров?
-Видишь ли, - сказал дракон и вежливо обогнул своим длиннющим хвостом крестьянина, - присаживайся, так тебе будет удобнее.
Крестьянин осмотрел предложенный ему “стул” и осторожно присел на драконий хвост.
Картина была, прямо скажем непривычная. Что-то вроде Сальвадора Дали. Огромнейший дракон, разговаривающий с человеком, уютно устроившимся на его хвосте.
-Я прилетел к тебе потому, что знаю твоё желание, - продолжил дракон.
-Вот как? Откуда оно тебе известно? – удивился крестьянин.
-Это закон нашего мира, - невозмутимо сказал дракон, - Если ты чего-то желаешь, то вся вселенная делает то, чтобы твоё желание осуществилось.
Крестьянин ничего не сказал. Он обдумывал слова дракона.
-Любое твоё желание, произнесённое вслух или просто живущее внутри тебя, - известно.
-Вот я и прилетел, чтобы разъяснить тебе кое-что.
Разговор принимал интересный оборот.
-Выходит, ты здесь для того, чтобы выполнить моё желание? – с надеждой в голосе спросил крестьянин.
-Не совсем. Я просто тебе объясню кое-что, чтобы твоё желание могло сбыться. Я здесь лишь для этого.
-Объяснишь мне кое-что? – переспросил крестьянин.
-Да. Объясню. А уж ты поступай, как хочешь после этого.
-Тогда я готов тебя выслушать! - бодро заявил крестьянин и притих, ожидая рассказа дракона.
-Ваш мир, в котором вы, люди, живёте, не совсем прост, как может показаться на первый взгляд.
-Ваш мир, если на него смотреть вашими глазами, похож на лес. Отойдёт один человек от другого на 10 метров в сторону и его уже не видно. Понимаешь? В лесу так можно заблудиться. Хотя все рядом, недалеко друг от друга, но увидеть не могут. Приходится кричать “А-у!”.
-Получается, что если бы деревьев не было, то в вашем мире-лесу можно было бы видеть друг друга легко. Но если деревья есть, то приходится кричать, и глаза здесь уже бесполезны. Здесь нужны уши.
-Ну, допустим, - согласился крестьянин, - и что из этого следует?
-А вот что! – дракон приподнялся, - привстань-ка с хвоста моего!
Крестьянин встал со своего “стула”.
Дракон расправил свои кожистые крылья и взмахнул ими пару раз. После первого взмаха он поднялся метров на десять в воздух, а после второго взмаха его, дракона, уже не было видно совсем.
Крестьянин оторопел. Дракон, сидевший рядом с ним куда-то исчез.
-Эй! Ты где? – нетерпеливо спросил он. Крестьянину жуть как хотелось дослушать рассказ дракона.
-Я здесь, рядом с тобой, наверху! – это был голос, вернее голоса, дракона.
-Ты меня видишь?
-Нет, не вижу. Но слышу замечательно! – ответил крестьянин, озираясь по сторонам.
-А теперь взгляни на траву перед собой, - сказал драконовских хор голосов.
Крестьянин посмотрел. Трава лужайки была, как и всегда в мае, светло-зелёной и ершистой. Через некоторое время, на ней, впереди, показались какие-то круги. Словно кто-то невидимый примял молодую травку. Круги приближались к крестьянину. Стали хорошо различимы.
-Это похоже на чьи-то следы! – радостно выкрикнул крестьянин, - на драконовские следы с огромными когтями! Только странно это! Такого не бывает! По траве как будь-то кто-то ходит, но этого кого-то не видно!
-Верно! Так и есть! - отозвался драконовский хор.
-Меня не видно, но я хожу вокруг тебя! Ты видишь мои следы!
-А теперь я выйду из леса, в котором тебе никого не видно! – сказал дракон и в мгновение ока стал видимым крестьянину.
-Вот это да! – искренне удивился наш крестьянин, - Вот это я понимаю!
-Ну вот, теперь ты видел сам, что ваш мир не так прост. То, что есть невидимое, ты уже знаешь. Так же ты знаешь и то, что все желания людей известны. Помнишь, я тебе рассказывал?
-Помню, конечно! – подтвердил крестьянин.
-Хочешь попасть в свою желанную страну? – неожиданно спросил дракон.
Крестьянин задумался. Вопрос дракона, после всех этих чудес, оказался неожиданным для него.
В лесу, за деревьями, послышался женский весёлый визг и мужской хохот.
Крестьянин вздрогнул. Обернулся на эти неожиданные звуки. Потом медленно посмотрел на дракона. Дракон сохранял полное спокойствие.
-А как же все эти люди? Что с ними? Ведь они тоже…
Крестьянин осёкся и замолчал. Молчаливый вопрос был в его глазах. Он с таким состраданием и печалью смотрел на дракона, что казалось, будь-то весь мир задаёт этот вопрос. Молча и с надеждой.
Некоторое время дракон не проронил ни слова. Затем, серьёзным голосом ответил.
-Хорошо. Я тебе расскажу и об этом.

-Ты хочешь попасть в страну твоей мечты? – спросил Дракон.
-Да. Хочу, - ответил крестьянин.
-А чем тебя не устраивает твой теперешний мир?
-Видишь ли, - собрался с мыслями крестьянин и продолжил.
-Этот мир устроен не так, как мне бы хотелось. Здесь нет счастья. Всех, кого я видел, хотели каких-то привилегий для себя, - лучше, чем другие есть, одеваться, жить в лучших домах. Хотели иметь власть над другими. Конечно, не все были такими. Были и другие, которые стремились к веселью и шуткам. Праздники в нашей деревне были для них настоящей жизнью! Это им очень нравилось. Были и те, кто гордился своим родом, своей знатностью. Некоторые гордились своим острым умом или образованностью. Были и те, кто любил поучать других, подсказывать. Видел я и матерей, которые заботились о своих чадах очень сильно. Желали им хорошей жизни, старались дать им образование. Видел я и воров, для которых высшим удовольствием была кража и обман. Много было преступников, которые с лёгкостью могли убить, кого угодно и находили в этом удовольствие. В общем, каждый стремился к тому, чего хотел. Но, получая желаемое, все эти люди хотели чего-то большего. Они стремились к чему-то, а потом опять желали ещё чего-то большего. Ничто не могло их удовлетворить по-настоящему полно. Им всегда чего-то не хватало. Но дело в том, что они не знали чего. Им хотелось счастья, но они не знали что это такое. Те краткие минуты удовольствия, которые они получали, когда достигали желаемого, проходили. И опять грусть посещала их.
-А встречал ли ты в своей жизни мудрецов или святых? – спросил дракон.
-Да. Я видел людей, которые посвятили свою жизнь служению Богу. Они жили по правилам и указаниям священных Книг. Ежедневно молились, совершали очистительные обряды. Они даже проповедовали и помогали другим людям, рассказывая им о Боге. Эти люди никогда не испытывали зависти и злобы. Они всегда были добры, внимательны к другим и уравновешены. Но я не увидел в их глазах счастья, скорее, они просто были спокойны. Видимо счастье и уравновешенность не одно и тоже. Что касается мудрецов, то я беседовал с несколькими из них. Я даже жил некоторое время рядом с ними и учился у них. Эти люди любят Истину и всегда стремятся её постичь. Но, погоня за знаниями, пусть даже утончённая и искусная, тоже не приносит счастья. В этом я убедился. Однако, от мудрецов я узнал, что существуют другие миры, совершенно не похожие на наш. Эти, другие миры, доступны лишь тем, кто понимает себя как бессмертное, не рождённое, вечно живое существо – душа. И не только понимает, но и живёт по велению своего сердца, где находится эта душа. Душа не имеет зависти и злобы, она ничего не хочет из этого мира. Душа всегда знает, что её дом не здесь, а там, в других мирах. Она жаждет попасть домой, туда, где живут лишь чистые души. Это и есть страна моей мечты. Именно туда я и хочу попасть.
-Это поверхностно, - сказал дракон, - иди дальше!
Крестьянин продолжил.
-Мудрецы рассказали мне, что наш мир, в котором живут люди – многогранен. На самом деле в нашем мире есть множество других миров, совершенно не видимых нам. Ты был прав, когда сказал, что наш мир похож на лес, где за деревьями мы никого не видим. Но там, за деревьями есть другие миры. Есть миры, где живые существа сильны, как сто слонов. Есть миры, где живые существа живут очень долго, по десять тысяч лет. У них никогда нет голода, и женщины там всегда выглядят молодо. Там нет дряхлых стариков и больных детей. Может показаться, что это замечательная жизнь, но там всё равно есть смерть. Это огорчает. Есть также миры, где живут полубоги. Они видят все невидимые для человека миры и управляют нашим миром, вовремя посылая дожди для урожая или раздувая лесные пожары. Они насылают болезни или повышают рождаемость. Полубоги могут очень многое, но и они смертны. Хотя, их жизнь измеряется сотнями тысяч лет.
-Некоторые люди, - улыбнулся крестьянин, - любят путешествовать по различным мирам. У них есть некоторые способности к этому. Такие люди находят эти путешествия забавными для себя. Им нравится это делать. Но беда в том, что они тратят свою жизнь на простые путешествия. Это – космические туристы!
Драконьи головы тоже улыбнулись при этих словах крестьянина. Несколько молодых голов даже захихикали.
-Всё это любопытно, - продолжил крестьянин после небольшой паузы, - но не имеет большого смысла. Все эти знания о других мирах нашей вселенной занятны, но они не приносят счастья.
-Продолжай дальше! – сказал дракон.
-За пределами всех этих миров нашей вселенной есть мир, где обитают чистые души. Этот мир называется Вайкунтха – место, лишённое страданий. Там нет смерти. Там всё преисполнено Знания, Вечных позитивных действий и Наслаждения. Обитатели Вайкунтхи так мудры, что любой чистой душе, попавшей в тот духовный мир Вайкунтхи нет нужды употреблять свою мудрость, ибо она так ничтожна, по сравнению с мудростью обитателей того мира, что просто никому не нужна. Там даже камни и трава намного мудрее самого прославленного мудреца нашего мира. Выходит, что на Вайкунтхе наш разум не нужен. Там нужны наши руки. Для служения обитателям того мира.
-Это поверхностно, - сказал дракон, - иди дальше!
-Чтобы попасть в мир Вайкунтхи душа человека должна стать чистой. Это означает, что все греховные реакции, накопленные за многие жизни в мире людей, закончились. Акарма, - так это называется. Нет никаких плохих или хороших результатов, которые бы получал человек за свои поступки. Такая душа, которая не должна получать кармические реакции, а значит, не должна и рождаться в мире людей, называется чистой душой. Чистая душа готова войти в мир Вайкунтхи, но это не значит, что она войдёт туда. Для того, чтобы можно было попасть на Вайкунтху, душа должна сильно хотеть служить, быть слугой обитателям того мира чистого духа. Только в этом случае чистая душа войдёт в мир Вайкунтхи в качестве слуги.
-Это поверхностно, - сказал дракон, - иди дальше!
-Искренне и честно служа обитателям того мира, чистая душа заметит, что и обитатели того мира, те, кому она служит, настолько проникнутся к ней любовью, что станут иногда сами служить этой чистой душе. Высшее будет служить низшему! Чистая душа познает Наслаждение, подлинное Смирение и желание ещё лучше служить своим Господам. Обретя, таким образом, Доверие со стороны обитателей мира Вайкунтхи, чистая душа постепенно становится Другом для всех. Взаимоотношения принимают характер не слуги-господина, а отношения друзей.
-Это поверхностно, - сказал дракон, - иди дальше!
-Развиваясь, отношения друзей привносят некоторое беспокойство за них. Друзья уже относятся друг к другу не просто как друзья. Забота и беспокойство друг о друге перерастает в отношения родителей-детей. Подобно тому, как мать беспокоится за своего ребёнка. Поэтому, более высшие отношения, нежели просто дружба, называются родительские отношения. Это похоже на отношение отца и сына, где чистая душа, попавшая в мир Вайкунтхи, играет роль заботливого отца.
-Продолжай дальше, - сказал дракон.
-Родительские отношения тоже могут развиваться. В них появляется более тёплое чувство, чем просто забота и беспокойство. Выше родительских взаимоотношений в мире Вайкунтхи стоят отношения супругов. Муж и жена. Самые близкие отношения между обитателями духовного мира. Мадхурья-раса, величайшее из всех взаимоотношений, божественное супружество.
-Это поверхностно, - сказал дракон, - иди дальше!
-Обретя высшее из возможного в мире чистого духа, мире Вайкунтхи, душа покидает его. Может показаться, что мир чистого духа это и есть самое высшее. Ведь на Вайкунтхе нет и капли страдания. Там нет смерти, болезней, старости. Там всё преисполнено Счастья и трансцендентного экстаза. Там существует лишь положительная деятельность. Наслаждение, и всё богатство чистейших чувств, возрастает там с каждой секундой. До бесконечности. Духовный мир в своих проявлениях не знает ограничений. Если там экстатические чувства увеличиваются, то они могут увеличиваться до бесконечности! Но есть мир, который выше даже Вайкунтхи! Это мир чистейшей Любви.
-Это поверхностно, - сказал дракон, - иди дальше!

-Трудно говорить о мире самой Любви, - вздохнул крестьянин. – Почти невозможно.
-Понимаю, - ответил Дракон.
-Но и мир чистейшей Любви тоже не последний. Выше него есть мир Источника Любви, царство Абсолютного Совершенства.
-Да, это царство, выше которого ничего нет, - согласился Дракон.
-И ты хочешь попасть в этот мир? - хором повторили свой вопрос драконьи головы.
Крестьянин молчал. Было видно, что он находится в замешательстве.

День подходил к концу. Солнце уже растаяло в облаках на Западе. Красно-оранжевые пятна были самыми яркими на вечернем небе. Дневная жизнь здесь заканчивалась, но где-то далеко, в стороне уходящего Солнца она только пробуждалась.
Вечер, как и всегда, приносит новое состояние ума. Дневные мысли и вечерние отличаются друг от друга, но и те и другие не похожи на мысли, рождаемые ночью. Всё подвержено изменению в этом мире. Весна сменяет зиму, осень – лето. День наполнен одними заботами, вечер другими, а ночь – третьими. Жизнь не стоит на месте ни одной секунды. Она всегда в движении. Всегда изменчива и непредсказуема…

-Да, я хочу попасть в мир, лишённый страданий. Потому, что этот мир-лес мне не подходит. В нём нет счастья, - ответил крестьянин после длительного молчания.
-Моё желание вырваться из этого мира очень сильно, - продолжал он. – Но одного желания совершенно не достаточно для этого. Я шёл ошибочным путём. Я стремился к своей мечте - попасть в мир чистых душ, привычным для меня способом, привычным для всех людей. Есть желание – пытайся его осуществить. Не сиди, действуй! Такой метод не подходит. Так я никуда не приду.
-Это верно, - согласился Дракон.
-Вот ты хотел рассказать мне о моём мире. Помнишь? – спросил крестьянин
-Помню, - ответил дракон. – Но ты сам всё рассказал о своём мире.
Драконьи головы вновь заулыбались, а молодые головы захихикали.
-Тогда скажи, мой рассказ содержит ошибки?
-Нет. Всё верно. Ты правильно понимаешь свой собственный мир. И правильно думаешь о другом мире.
-Тогда скажи, как я смогу попасть в мир моей мечты? Что мне нужно для этого сделать?
Все драконьи глаза, - зелёные, жёлтые, красные, синие, чёрные, хитро прищурились.
-А ты сам как думаешь? – ответил Дракон вопросом.
Крестьянин на минутку задумался…

Крестьянин немного подумал. Затем признался.
-Нет. Я ничего не могу придумать. Как мне выбраться из этого мира, я толком не знаю.
Дракон посмотрел на небо. Там была сплошная облачность. Серые тучи заволокли всё до самого горизонта.
-Посмотри. Видишь Луну? – спросил Дракон.
Крестьянин взглянул на небо.
-Нет. Одни тучи. Разве можно что-нибудь разглядеть?
-Ладно. Давай я тебе кое-что покажу. Полетишь со мной. Не боишься?
-Есть маленько, - признался крестьянин. – Никогда раньше не летал…
-Тогда держись за мою шею!
Дракон легко приподнял крестьянина своим хвостом и поднёс его к своим, теперь уже шестнадцати шеям.
-Держись за самую тонкую!
Крестьянин обхватил драконью шею обеими руками.
-Ну, поехали! – присвистнул залихвацки Дракон и взмахнул своими огромными крыльями.
Всего пару раз драконовы крылья хлопнули рядом, а крестьянин уже не видел ту лесную поляну, где они только что разговаривали. Теперь они были выше облаков. Вновь светило Солнце. Непривычная тишина и облака под ногами. Никаких тебе птичьих песен, комаров или ветра. Тихо.
Дракон ещё раз взмахнул крыльями. Теперь ясно были видны звёзды, а земля стала круглой. Крестьянин напугался не на шутку.
-Послушай! А как же я буду дышать-то? Я же помру в космосе!
Драконьи головы, те, что были помоложе, захихикали.
-Не бойся! Научись доверять всему. Нет ничего такого, что было бы тебе враждебно! Ты боишься по незнанию. Твой ум поставил фильтр и отделил опасность оттого, что для тебя безопасно. Теперь в твоём уме живут опасность и то, что тебе безвредно. Понимаешь? – спросил Дракон.
-Не очень! Как это нет ничего враждебного мне? Я же могу только на Земле жить! В космосе я не жилец! – ответил перепуганный крестьянин.
-Ну, хорошо. Взгляни! – сказал Дракон и с силой выдохнул из своих огромных лёгких.
Вокруг путешественников стал видимым какой-то объём. Казалось, что крестьянин и Дракон находятся в каком-то коконе. Выдохнутый драконом воздух сделал этот кокон, как будь-то запотевшим.
-Эта оболочка сохранит нам обоим жизнь, - пояснил Дракон. – Точно в таких же уносят души умерших. Так что не бойся!
-Так я ещё жив, или уже того?.. – нерешительно спросил крестьянин.
-Жив, жив! Даже более того, - ты здоровее всех оставшихся на Земле, и в полной безопасности. Тебе сейчас даже сам чёрт не брат! – пошутил Дракон.
-Сам чёрт! – ухмыльнулся крестьянин и уже смелее стал осматриваться вокруг.
-А куда мы направляемся? – уже спокойно спросил крестьянин.
-На Луну.
-???
-Там сегодня собрались очень интересные личности, - пояснил Дракон.
-Сократ, Геродот. Это те, о которых ты слышал. Чандра, царь Луны. Святой Иянуарий, мудрец Нарада. Умершие на Земле Вишеша и Хью. Твой прадед Епифан. Царица Савская. Пару до потопных царей Земли. И другие. Всего около пятисот гостей. Да! Повод для этого собрания тоже замечательный, - добавил Дракон, - совершеннолетие сына Ману, будущего правителя Вселенной.
-???
-Меня тоже пригласили, - продолжил Дракон. – Тебя, правда, не приглашали, но ты будешь замаскирован под одну из моих голов. Никто не будет считать, сколько их у меня. А ты будешь помалкивать. Правда, ведь?!
Крестьянин и так уже молчал. А что он ещё мог сказать?
-Ну вот. Полёт нормальный! – весело сказал Дракон и сложил крылья.

Тем временем запотевшая оболочка-кокон стала снова прозрачной. Было видно лишь звездное небо и бесконечное чёрное пространство вокруг. Крестьянин опять стал волноваться. Было как-то непривычно висеть вот так, посреди открытого космоса. Ни потолка тебе, ни пола, ни стен.
Крестьянин ещё раз глубоко вздохнул, для уверенности, что он может дышать. Всё было по прежнему легко, как дома, на Земле.
-А где это мы? – вторично успокоившись, спросил крестьянин.
-Где-то посередине, между Землёй и Луной, - ответил Дракон.
-Странно, - удивился крестьянин. – Ни того, ни другого я не вижу. И где же Земля?
-Вон там! – указал хвостом направление Дракон.
Крестьянин повернул голову в нужном направлении, но ничего похожего на Землю не увидел.
- Ты, наверное, ищешь землю, похожую на шарик? – улыбнулся Дракон.
-Ну да. А какую же ещё?
-Посмотри сейчас. Больше, наверное, не получится.… Сейчас ты видишь настоящую Землю. Она не шарик, как принято думать. Она похожа на мишень для стрельбы. Семь концентрических окружностей. Посередине – центральный остров, Джамбу двипа. На нём восемь цивилизаций. Одна из них та, которую люди называют “Земля”. Это Бхарата варша. Вы, люди, видите её как “шарик”, как “голубую планету”. Но это искажённый взгляд на Землю. Он искажён иллюзорной энергией. Кстати, виновником иллюзии является ваш неразвитый ум. Примитивному уму – примитивные формы! – улыбнулся Дракон, и хитро посмотрел на крестьянина.
- Вот это и есть Земля?! – показал рукой крестьянин на небесное тело, похожее издалека на кольца Сатурна?
-Ага, - подтвердил Дракон. – Она самая!
-Да она к тому же и плоская! – удивился крестьянин. – Вот не думал, не гадал…
Крестьянин замолчал. Он с восхищеньем разглядывал свою Землю, которая оказалась в несколько раз большей, чем думали об этом люди. Да и старомодные взгляды на то, что Земля плоская, оказались на поверку современными.

Так они и “висели” в открытом космосе, Дракон с крестьянином на шее. Но это только казалось, что они висели, на самом деле они двигались к Луне, которая тоже окажется совсем не такой, как о ней думал наш крестьянин.

-А что ты там говорил о каком то фильтре, который якобы мешает видеть правильно? – спросил крестьянин через некоторое время.
-Этот фильтр создаёт ваш ум, - ответил Дракон.
-Это искусственная преграда, которую вы сами себе создаёте. Она отделяет ваше самолюбие от Истины. Эта преграда не видима для глаза человека, потому, что она создана из тонкой материи. А ваши глаза могут видеть лишь грубую, проявленную материю. Поэтому, я тебе и рассказывал о невидимом лесе, который существует, который реален, но не видим для человека. Люди видят только проявленную составляющую единой Истины, а о непроявленной строят предположения. Поэтому и Земля для вас – шарик.
- А можно избавиться от этого фильтра? – заинтересовался крестьянин.
-Конечно. Ты же видишь сейчас истинную Землю! Правда, помог тебе в этом я, но факт налицо! – улыбнулся Дракон.
-Ну, а другие люди? Как же они? Могут они разрушить этот фильтр?
-Могут. Но для начала они должны развить своё сознание не обращая внимания на мешанину ума. Остановить работу ума не возможно, да и нет необходимости. Пусть работает сам по себе! Но сознание, это тебе не ум. А люди путают эти две разные вещи, воспринимая ум за сознание, а сознание за ум. Понимаешь?
- Не совсем. А как же их различить то? Как понять где есть сознание, а где ум?
-Сейчас узнаешь, - ответил Дракон и расправил свои крылья.
-Приехали!